Нефть / Litasco
Русская Швейцария
«Лукойл» занял заметное место на рынке торговли нефтью. Его трейдер Litasco — крупнейший в России.
В декабре 2016 года бывший вице-президент «Лукойла» по поставкам и продажам нефти Валерий Субботин сел в самолет и покинул пределы России. Скорее всего, надолго. В «Лукойле» об уходе Субботина из центрального аппарата объявили лишь в феврале 2017-го и объяснили «плановой ротацией управленческого состава», хотя в компании его воспринимали как одного из преемников президента Вагита Алекперова. Фактически Субботина спасали. На следующий же день после приватизации «Башнефти» в октябре 2016 года «Роснефть» стремительно брала под контроль новую дочернюю компанию. Ознакомление с документами, больше похожее на обыски и выемки, месяц спустя привело к расторжению части контрактов с «Лукойлом» — они вызывали вопросы, пояснял пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев. И над Субботиным нависла угроза, уверены два нефтетрейдера. Именно он отвечал за торговые отношения с «Башнефтью». По Субботину был нанесен главный удар, ведь у него еще раньше возникали разногласия с главой «Роснефти» Игорем Сечиным, рассказывает участник переговоров между «Роснефтью» и «Лукойлом». Оставаться в России в такой ситуации было опасно.
![](https://cs.kiozk.ru/content/jka/p2z/sjg/43kn7um8ahqwqgnuwubtoeq/art/15967/hrxzg0no.jpg?v=1&temp_url_sig=IyIF1ZWuRJJTEolSqsPpuw&temp_url_expires=1726845574)
Сейчас Субботин, по словам его знакомых, бывает в США и Швейцарии. Связаться с ним не удалось. В Женеве он возглавляет совет директоров Litasco — собственной трейдинговой компании «Лукойла». В 2015 году она стала крупнейшим покупателем российской нефти по версии Forbes. Но трейдеры были уверены, что в 2016-м Litasco однозначно потеряет позиции из-за трений «Лукойла» с «Роснефтью». Однако в новом рейтинге компания по-прежнему лидирует и снова с большим отрывом от структуры CNPC. Более того, Litasco удалось сохранить контракт на продажу нефти с месторождений им. Требса и Титова, которую добывает СП «Башнефти» и «Лукойла». Litasco — уникальное явление для российского нефтяного бизнеса. Похоже, это единственный нефтетрейдер российского происхождения, который не только продает чужую нефть и нефтепродукты, но и делает это в объемах, сопоставимых с поставками родственных компаний. Как «Лукойлу» удалось занять заметное место в мировой нефтеторговле?
Время посредников
«Лукойл» ничего нового не придумал!» — восклицает один из бывших руководителей Союзнефтеэкспорта. Именно эта организация из системы Министерства внешней торговли СССР, по словам собеседника Forbes, стала прообразом Litasco. До 1991 года Союзнефтеэкспорт был абсолютным монополистом в экспорте российской нефти и имел представительства по всему миру. Несмотря на годовой оборот в 200 млн т нефти, в Союзнефтеэкспорте работало несколько десятков трейдеров и 200 человек обслуживающего персонала, рассказывает бывший сотрудник организации.
В 1991 году право экспортировать нефть получили нефтедобытчики, НПЗ и трейдеры. Лицензии выдавались настолько бесконтрольно, что в тот же год разрешенный объем экспорта превысил реально имеющиеся ресурсы, докладывал вице-премьеру Егору Гайдару министр топлива и энергетики Владимир Лопухин. «Это было такое ограбление государства! Все, включая церковь, получали квоты на экспорт», — негодует бывший сотрудник Союзнефтеэкспорта. Это не преувеличение: финансово-хозяйственное управление Московской Патриархии действительно было соучредителем одного из экспортеров — компании «Международное экономическое сотрудничество».
Первым российским частным трейдером стал Urals Trading, учрежденный выходцами из Союзнефтеэкспорта. Одним из основателей Urals был советский разведчик и бывший сотрудник шведского представительства Союзнефтеэкспорта Андрей Панников. Благодаря его связям Urals стал заметным игроком на рынке, утверждает бывший сотрудник компании. Например, знакомым и партнером по бизнесу Панникова был друг Владимира Путина Геннадий Тимченко, в 1997 году основавший торговую компанию Gunvor.
Сам Панников рассказывал Forbes, что участвовал в создании «Лукойла» и якобы лично хлопотал о выдаче компании лицензии на экспорт в Министерстве внешней торговли. Это неудивительно, говорит бывший бизнес-партнер Панникова: круг работников советской нефтянки был очень узким, и все хорошо знали друг друга. Urals даже выделил «Лукойлу» помещение в гостинице «Звездная» у ВДНХ (там у компании был московский офис), в начале 1990-х его как кабинет использовал президент «Лукойла» и бывший замминистра нефтегазовой промышленности СССР Вагит Алекперов.
Именно Urals первое время экспортировал значительные объемы нефти «Лукойла». Другими крупными покупателями были Taurus Petroleum и Western Petroleum. Они были аффилированы друг с другом, рассказал Forbes один из трейдеров. Taurus принадлежал американцу Бенджамину Поллнеру и закупал у «Лукойла» такие заметные объемы, что участники рынка подозревали его в связях с российской компанией. По данным Businessweek, Поллнер был одним из Rich boys — трейдеров из круга легендарного Марка Рича, давнего друга советских руководителей внешней торговли. В начале 1990-х его Marc Rich + Co (сейчас Glencore) была одним из крупнейших покупателей российской нефти.