Убить Гитлера: как и почему срывались покушения на фюрера
Устранить Гитлера пытались разные люди, но почти каждый план в последний момент срывался из‑за страха, случайности или промедления, хотя любая такая попытка могла изменить ход всей истории.
Мы прочитали книгу Дэнни Орбаха «Убить Гитлера. История покушений» — хронику заговоров и покушений, сложившихся в длинную цепь сорванных шансов.
До взрыва: как вообще появилась идея устранить Гитлера
После прихода нацистов к власти идея устранить Гитлера выглядела почти немыслимой — не только из‑за страха, но и потому, что в Германии очень быстро исчезли легальные способы сопротивления. После поджога Рейхстага режим ввёл чрезвычайные меры, начал расправу с политическими противниками, и уже к июлю 1933 года страна фактически стала однопартийным государством. Оппозицию вытеснили из публичной жизни, свободная пресса исчезла, а любое несогласие свелось либо к молчанию, либо к подпольной деятельности.
На этом фоне мысль о тираноубийстве возникла не как готовый заговор, а как тяжёлый вывод, к которому противники режима приходили постепенно. Среди них были военные, чиновники и консервативные противники Гитлера, видевшие, как государство стремительно превращается в машину насилия. Орбах точно показывает этот перелом: сначала его герои ещё надеются, что режим можно остановить политически, но очень быстро становится ясно: обычные механизмы больше не работают — и тогда идея убийства диктатора из немыслимой превращается в допустимую.
Заговоры конца 1930‑х: первые неудачные попытки
Первые реальные планы устранить Гитлера появились осенью 1938 года, во время судетского кризиса. В книге Орбаха этот эпизод связан прежде всего с начальником Генштаба Людвигом Беком, его преемником Францем Гальдером и сотрудником военной разведки Гансом Остером. Они исходили из простой логики: если Гитлер втянет Германию в большую войну из‑за Чехословакии, его нужно остановить силой.
Речь шла уже не о глухом недовольстве, а о практическом сценарии: арестовать фюрера в Берлине, поднять армейские части и передать власть новому руководству. К заговору пытались привлечь генерала Эрвина фон Вицлебена и других офицеров, но вся схема держалась на одном условии: Гитлер должен был сделать шаг, который убедил бы сомневающихся, что страна действительно летит в пропасть.
Этого шага не произошло. Мюнхенское соглашение в конце сентября 1938 года позволило Гитлеру получить Судеты без большой войны, и заговор рассыпался почти мгновенно. Ещё накануне офицеры обсуждали арест и переворот, а после дипломатической победы фюрер в глазах многих выглядел уже не безумным авантюристом, а человеком, добившимся своего без единого выстрела.
Орбах показывает в этом один из главных парадоксов раннего сопротивления: его участники уже осознавали опасность режима, но по‑прежнему зависели от чужой решимости, политической конъюнктуры и настроения армейской верхушки. Поэтому первый большой заговор так и не вышел из стадии подготовки: план был, люди были, но не важной детали, которая запустила бы механизм.
Георг Эльзер: одиночка, который подошёл ближе многих
Самым дерзким и, возможно, самым близким к успеху покушением до 20 июля стала акция Георга Эльзера — не генерала и не участника большой подпольной сети, а швабского плотника, действовавшего в одиночку.
Ещё в 1938 году он приехал в мюнхенский Bürgerbräukeller, где Гитлер ежегодно выступал 8 ноября в годовщину «пивного путча», изучил зал и выбрал колонну за трибуной как идеальное место для взрыва. Затем месяцами готовил покушение: работая на оружейном заводе, выносил взрывчатку, изготавливал механизм с часовым устройством и по ночам пробирался в пивную, чтобы выдолбить в колонне полость под бомбу.