Константин Богомолов: профессионал или провокатор?
Богомолов как режиссер ставит во главу угла текст и анализ. Он не вызывает простых эмоций — ни слез, ни смеха: только полное отрицание или такое же принятие
От редакции
Есть такая старая шутка: «Решив досмотреть драку до конца, был избит обеими сторонами». Она часто хорошо описывает наши общественные конфликты, возникающие вокруг фигур идеологически не обостренных, но занимающихся деятельностью, напрямую идей касающейся. Стороны — интеллигентные либералы и менее интеллигентные консерваторы. Часто, когда в поле их контроля попадает профессионал, он атакуется с обеих позиций, очень эмоционально, иногда до неприличия.
Именно это, на наш взгляд, совсем недавно произошло в связи с назначением на пост ректора Школы-студии МХАТ Константина Богомолова. Либералы вменяли ему потенциал разрушения традиций студии, а заодно (в кулуарах) и излишнюю имперскость. А консерваторы — провокативность, доходящую до распущенности, попирающую сам уклад империи. Богомолов дал несколько довольно пространных официальных интервью, где попытался объяснить свои цели в качестве ректора, ну а потом снял свою кандидатуру.
Нам же очень печально, что в этом случае, как и во многих других, идеология (и даже, скорее, муляж идеологии) настолько довлеет над дискуссией, что никому и в голову не пришло обсудить профессионализм назначенца. Это обидно, так как мешает развитию любой сферы деятельности, и театра в том числе. (Назначение Константина Хабенского, кстати, тоже не сопровождалось никакими профессиональными дискуссиями.)
Вовсе не будучи театральными критиками, мы решили восполнить пробел и публикуем статью о Константине Богомолове в духе литературоведческого анализа.
В российском театре последних двух десятилетий трудно найти фигуру столь же заметную и столь же противоречивую, как Константин Богомолов. Вокруг Богомолова всегда существует плотное медийное облако — иногда художественное, иногда скандальное, иногда политическое. Его имя регулярно появляется в заголовках: то из-за резонансной премьеры, то из-за манифеста, то из-за кадрового решения в театральной системе.
Однако если попытаться на время отстраниться от новостного шума и посмотреть на карьеру режиссера в некоторой перспективе, становится видно, что перед нами один из самых профессионально сильных и продуктивных режиссеров своего поколения. За двадцать с лишним лет он поставил десятки спектаклей, создал несколько театральных программ, активно работает в кино и на телевидении.
Его театр часто называют холодным, интеллектуальным, провокационным. Но прежде всего это театр, построенный на тщательной работе с текстом, культурным контекстом и современным зрителем.
Филолог, пришедший в театр
Константин Богомолов родился в 1975 году в Москве. Его путь в режиссуру был не совсем типичным для театральной среды. По первому образованию он филолог — выпускник филологического факультета Московского государственного университета. Это обстоятельство во многом определило его художественный метод. Богомолов принадлежит к той редкой категории режиссеров, для которых театр начинается не со сцены и не с актера, а с текста. Для него литературное произведение — это не столько драматургический материал, сколько сложная система смыслов, культурных кодов и исторических контекстов, с которыми можно работать как с интеллектуальной конструкцией.
Такой подход заметно отличает его от многих коллег по поколению. В российской театральной традиции режиссура долгое время развивалась либо внутри актерской школы, либо в рамках визуального театра, где на первый план выходит сценическая пластика, образ, пространство. Богомолов же мыслит спектакль как форму культурного анализа. Его интересует не столько сценическое действие, сколько внутренние структуры текста — философские идеи, идеологические напряжения, исторические параллели. В этом смысле его спектакли часто напоминают не драматическое повествование, а своеобразное исследование произведения, перенесенное в театральное пространство.
Не случайно многие его постановки строятся на радикальной пересборке классических текстов. Богомолов легко сокращает романы и пьесы, переставляет сцены, вводит дополнительные культурные цитаты. Такой метод вызывает раздражение у сторонников традиционного театра, но он стал одной из характерных черт его режиссерского почерка.
После окончания университета Богомолов решил профессионально заняться театром и поступил в ГИТИС на режиссерский факультет, в мастерскую Андрея Гончарова — одного из представителей старой школы режиссуры, восходящей к Станиславскому и Немировичу-Данченко. Это сочетание академической филологической подготовки и строгой русской театральной школы оказалось весьма плодотворным. С одной стороны, Богомолов получил фундаментальные знания о театральной профессии, с другой — сохранил интеллектуальную свободу, которая позволяла ему экспериментировать с текстом и формой.
Уже в начале 2000-х годов его спектакли начали появляться на московских сценах. Он работал в Театре имени Маяковского, ставил в «Ленкоме», сотрудничал с Театром Олега Табакова. Эти ранние работы еще не вызывали того бурного общественного резонанса, который позже станет характерной чертой его карьеры, однако уже тогда критики отмечали его склонность к нестандартным трактовкам литературного материала и холодной, почти аналитической манере работы с актерами.