Многие артисты обязаны очень хорошими ролями моим жене и детям

Коллекция. Караван историйРепортаж

Сергей Урсуляк: «Когда искал актеров в «Ликвидацию», подумал: если я могу со своей женой жить, то и Гоцман пускай поживет»

Многие артисты обязаны не просто ролями, а очень хорошими ролями моим жене и детям. Есть целая группа артистов, которые снимаются у меня благодаря им. Очень часто они обращали мое внимание на тех, которых я либо не знал, либо знал, но как-то не так воспринимал...

Беседовала Наталья Николайчик

Фото: Андрей Струнин/East News

Сергей Владимирович, ваш последний фильм «Праведник» уже называют новым «Списком Шиндлера» из-за схожести темы. В основу картины легла история, как советский офицер Николай Киселев вывел за линию фронта более 200 евреев из белорусского гетто. Почему вас заинтересовала эта тема?

— Я заранее не планирую, что буду снимать. У меня нет такого, что, заканчивая одну работу, сразу начинаю другую. Какое-то время я ищу. И по поводу будущих проектов я встречаюсь в первую очередь с Антоном Андреевичем Златопольским, руководителем канала «Россия». Как-то в разговоре со мной он спросил:

— А ты знаешь такую историю?.. — рассказал про Киселева и порекомендовал посмотреть документальный фильм на эту тему, а потом спросил, сниму ли я художественный фильм о нем.

Я сказал:

— История может быть какая угодно, но важен сценарий.

— Сценарий напишет Гена Островский.

А Гена замечательный автор. Через полгода мне был предложен сценарий, который очень понравился. Островский, оттолкнувшись от реальной истории, написал расширенную версию. А поскольку он не умеет писать бытово, в его рассказе огромное количество живых персонажей, юмора, человеческой теплоты и большой любви к этим людям. Талант имеет свойство заражать, я с наслаждением подзарядился от таланта Гены Островского и согласился на эту историю, не пожалев ни разу.

— Главную роль в фильме сыграл Александр Яценко. У вас свой круг артистов, которые ходят из одного проекта в другой. Яценко уже давно составляет костяк вашей личной идеальной труппы, с которой вам нравится работать. Как вы начали сотрудничество с ним?

— У нас с Сашей нелинейная история отношений. Я его позвал, потому что он мне очень нравился в чужих картинах. Сначала я пригласил в «Тихий Дон». И на протяжении первой половины работы я не был в восторге от него. Мне казалось, что, в отличие от других артистов, Яценко не очень нуждается в моей помощи. То есть он с удовольствием ее принимал, но делал по-своему. И только когда была пауза между первой и второй половиной съемок и я начал монтировать картину, то увидел, насколько точно он работает, и что моя задача — не сбивать его своими показами и предложениями: «Давай сделаем так, а не так». Я вдруг увидел, что за ним стоит правда, и очень полюбил его манеру игры. Потом я уже просто восхищался им.
Когда собирался снимать сериал «Ненастье», Сашу брать не планировал. Но он мне приснился, и я подумал: «А чего же это хожу так далеко?» — и пригласил его на роль.

В «Праведнике» не было ни сна, ни больших раздумий, я понимал, что в вещи, которую написал Гена Островский, наполненной фантазией, а не прямым отражением войны, мне нужен камертон правды. Вот Сашка Яценко — камертон правды, он удивительным образом ее чует и не может соврать в кадре. Я его пригласил без проб, и он, слава Богу, был свободен и согласился.

— Не было проб на главного героя?

— Нет. Я вообще пробами не увлекаюсь. А здесь понимал: только Саша, больше никто...
У меня довольно быстро образуется некий круг артистов, причем необязательно тех, кого я знаю, типа Маковецкого или Яценко, но и тех, кого я не знаю, но с кем бы хотел работать. А в «Праведнике» нужна была молодежь, которую я совершенно не знал. В поиске молодежи и заключалась самая большая сложность. Нужно было ходить по училищам, как-то их искать, выбирать. Но, слава Богу, мне повезло: я попал на курс Марины Брусникиной, смотрел у них показ и там мне сразу понравился Марк Эйдельштейн.

Михаил Ульянов, Вячеслав Тихонов и Олег Ефремов в фильме «Сочинение ко Дню Победы», 1998 год. Фото: Ираклий Чохонелидзе/ТАСС

— Да, Марка сейчас снимают все. Это наш ответ Тимоти Шаламе.

— Да, да! Но я его брал, думая, что в лучшем случае он станет играть в картинах про евреев, сбежавших из гетто. Но неожиданно выяснилось, что индивидуальность Марка очень востребована сегодня. Пока я делал картину, он уже наснимался черт знает в чем. Кроме Марка я обнаружил на курсе Константина Аркадьевича Райкина в его школе прекрасную Машу Золотухину. Много девочек прошло через мои руки в хорошем смысле, пока я не остановился на ней... Юлю Витрук я увидел на рабочих показах Щукинского театрального училища на курсе Валентины Николаенко. Вот с тем, чтобы найти эту тройку молодых и неизвестных, была сложность. С другими — гораздо проще.

— В этой картине снялся Сергей Маковецкий, которого уже воспринимают как ваш талисман.

— Вы знаете, этот талисман вынужденный. Я каждый раз честно говорю: «В этот раз все, Маковецкого хватит», — и начинаю поиск, а потом все равно прихожу к нему... Черт его знает, может, он колдует, не знаю, но в результате все заканчивается Маковецким.

— Федор Добронравов — еще один ваш талисман, правда, подзабытый...

— Федя давно со мной не работал, по этому поводу грустил, и мы очень обрадовались, что снова вместе. Правда, роль была небольшая. Я невероятно благодарен ему, Константину Хабенскому и Чулпан Хаматовой за то, что они согласились на очень небольшие, но крайне важные для картины роли и прекрасно их сыграли.

— Вы говорили, необходимо, чтобы лично вам история была интересна. Я даже предполагаю, чем, кроме общечеловеческих моментов, мог тронуть вас сюжет «Праведника»: у вас в семье была подобная история — бабушку забрали в гетто, но она чудом спаслась.

— Это да, но семья — совсем не главный мотив. Главное, что у нашего поколения тема войны, если она по-честному рассказана, всегда вызывает очень сильный эмоциональный отклик. Людей из сценария, их характеры, которые были там выписаны, я хорошо знаю. Меня это очень тронуло, и я плакал горючими слезами, когда читал эту историю. Опять же, не потому, что плачу всегда, когда читаю что угодно, и не из-за слезящихся от старости глаз, а из-за того, что это было очень талантливо и пронзительно написано. Так что я стал снимать не потому, что вспомнил бабушку, хотя, конечно, бабушка во мне живет, как и дедушка, как другие родственники: еврейские, украинские, русские.

И да, действительно все это было в моей семье. Бабушка и дедушка жили в городе Каменец-Подольский, который находился на самой границе Украины. У них было два сына: Борис и Владимир, мой отец. Отцу в 1941 году исполнилось десять лет, его брату — шесть. Двадцать второго июня началась война, дедушка пошел на фронт, который находился в пяти километрах от города, так что все происходило довольно быстро. Дедушку на третий день войны ранили, привезли в город, где он встретил немецких захватчиков, которые вошли туда буквально следом за ним. Там стали наводиться свои порядки и, естественно, «добрые» соседи показали на бабушку, мол, она недостаточно украинская. И бабушку увезли в гетто.

Лика Нифонтова и Владимир Машков в фильме «Ликвидация», 2007 год. Фото: из архива С. Урсуляка

— Как ее звали?

— Анна Петровна по паспорту, но мы всегда звали ее баба Нюся. Нюся была очень небольшого роста, всегда бодрая, быстрая. Когда ее забрали, дедушка пошел к коменданту города, потом еще к какому-то коменданту просить за бабушку, объяснять ситуацию: мол, в семье не без урода, что мы вот украинцы и Нюсю как-то перевоспитаем, отдайте нам ее.

Естественно, Нюсю не отдали. «Но почему-то меня разговор с немцем обнадежил, — вспоминал дедушка. — Он мне ничего не пообещал, но сказал, что нужно самому решать свои проблемы». Дед так и сделал. Ночью подъехал с телегой к гетто, попросил позвать Нюсю, та вышла к забору. Дед сломал забор, вынул оттуда жену и засунул в мешок с картошкой. Его он положил в телегу среди других мешков с картошкой и увез в какую-то дальнюю деревню, где бабушка прожила до прихода наших.

В этой истории меня больше всего поразили две вещи. Первая — дед говорил, что немец-часовой, который был свидетелем происходящего, сделал вид, что не видит. Вторая — когда пропажу бабушки заметили, всю семью схватили и стали избивать полицаи, требуя, чтобы они сказали, где беглянка. Но ее не выдал не только дед, но и мой папа и его брат, хотя, казалось бы, маленьких детей можно очень легко запугать. Они своим молчанием спасли мать.

Поразительная вещь: после войны моя семья продолжила жить в своем городе рядом с «добрыми» соседями, которые выдали бабушку немцам. Вот такая история.

— По этой истории тоже можно было бы снять фильм.

— Абсолютно согласен.

— Расскажите, пожалуйста, как проходили съемки «Праведника». Вряд ли было легко: экспедиция, лес плюс пандемия.

— Во-первых, у нас была долгая подготовка из-за тяжелого кастинга на вторые, третьи и пятые роли, потому что люди, которые убежали из гетто и шли с Киселевым по лесам и болотам, — в целом молчаливая, но все время присутствующая в кадре среда. И найти эту так называемую групповку, которая не вызывала бы отторжения и ощущения неправды, было даже гораздо важнее, чем найти героев.

Еще мы потратили много времени на поиск мест для съемки, хотя, казалось бы, лес и лес — бери и снимай. Обязательно хотели снимать в Беларуси, где происходили основные события. Мне просто необходимо ощущение правды, чтобы понимать: именно в этом лесу все и происходило. Вот, допустим, мы нашли в Беларуси в лесу маленькое, очень красивое озеро. Найди мы такое в Подмосковье, я бы никогда в жизни не отважился там снимать, сказал бы: «Ну, это слишком красиво, просто нереально, такого быть не может!» А там мы рядом с озером сняли кусочек сцены без страха, что это неправда, потому что здесь это тоже могло происходить.

И да, была пандемия, поэтому мы очень боялись, хотя и прививались все на всякий случай. Очень смешная история произошла в первый съемочный день. Это тот самый день, когда все целуются, братаются, поздравляют друг друга. Радость начала работы. Так было и на первом дне «Праведника» — все друг друга поздравляли, целовались, обнимались, и больше всех мой очень симпатичный молодой ассистент. А вечером у моего прекрасного ассистента пришел положительный тест на ковид. Парень он очень общительный и активный, поэтому перецеловал всех, кого видел и до кого дотянулся, — и артистов, и неартистов. Мы поняли: все, конец, сейчас начнется. Но, что называется, Бог сподобил, и мы проскочили этот момент.

Потом на протяжении картины кто-то болел, но без экстрима. Притом что мы все время огромной толпой терлись друг о друга. Но то ли благодаря лесному воздуху, то ли еще чему-то проскочили этот момент. У нас не было остановок, связанных с ковидом. Мы, правда, простужались. Но именно простужались. Условия-то походные.

Самые большие мои переживания были связаны с эпизодом перехода речки вброд ночью. Мы не могли его снять раньше конца сентября. И вот я был вынужден раздеть 150 человек, среди которых старики, женщины и дети. Это было что-то страшное, потому что вода холодная, а люди разновозрастные и физически неподготовленные. С каждым из них я перед съемкой поговорил, и каждый имел право отказаться. Я мучительно переживал за бедных артистов, бедную групповку, бедную массовку.

Светлана Крючкова и Александр Семчев в фильме «Ликвидация», 2007 год. Фото: Централ Партнершип

— Как потом люди согревались?

— Мы ставили шатры с подогревом, с горячей водой, с какими-то ваннами и саунами. Плюс там дежурили скорые помощи. Но сауны были после, понимаете, а вот во время съемок всем приходилось очень тяжело.

Если не брать экстремальные ситуации, то все эти съемки — большая нагрузка на группу, потому что каждый день нужно почти двести человек одеть, раздеть, переодеть, загримировать, привести костюм в состояние, в котором он был в предыдущей сцене, и так далее. У нас и администрация, и цеха спали по четыре-пять часов в день довольно продолжительный период времени.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Мы пытались спасти свой брак, но поняли, что это невозможно...» «Мы пытались спасти свой брак, но поняли, что это невозможно...»

Петр Кислов о Полине Гагариной

Коллекция. Караван историй
Брови на зависть Брови на зависть

От аккуратного и ухоженного вида бровей зависит общее впечатление от образа

Лиза
Андрей Ургант: «Если бы мне досталась такая роль, как у мамы в «Белорусском вокзале», мог бы с полным правом утверждать: я не зря снимался» Андрей Ургант: «Если бы мне досталась такая роль, как у мамы в «Белорусском вокзале», мог бы с полным правом утверждать: я не зря снимался»

По-прежнему смотрю наше кино, причем советское — неповторимое, непостижимое

Коллекция. Караван историй
Свой след Свой след

История Дома Doucal’s берёт начало на родине основателя бренда Марио Джаннини

Robb Report
Мариэтта Цигаль-Полищук: «Раньше мне иногда говорили: «Ты прямо Раневская...» Но когда появилось это предложение, я испугалась» Мариэтта Цигаль-Полищук: «Раньше мне иногда говорили: «Ты прямо Раневская...» Но когда появилось это предложение, я испугалась»

Первое время было и страшно, и тяжело. Очень сложно переступить: кто она и кто я

Коллекция. Караван историй
Орбитальное движение атомов повлияло на формирование ультрахолодных димеров в оптических решетках Орбитальное движение атомов повлияло на формирование ультрахолодных димеров в оптических решетках

Физики исследовали образование фешбаховских димеров из атомов калия-40

N+1
Райан Рейнольдс. Интервью, которого не было Райан Рейнольдс. Интервью, которого не было

Мы сначала играем что-то на экране, а потом это случается с нами в жизни...

Караван историй
Полые люди Полые люди

Многие известные статуи мира можно не только рассмотреть снаружи!

Вокруг света
Алиса Вокс. Алиса из Ленинграда Алиса Вокс. Алиса из Ленинграда

Нужно отдать должное Шнурову, он был крутым конъюнктурщиком — в хорошем смысле

Коллекция. Караван историй
Брауни и козули Брауни и козули

Фудблогеры Ульяна Юрьева и Ольга Гнутова – о том, как хобби стало делом их жизни

Новый очаг
Людмила Иванова об Олеге Дале: «Его нужно было только понимать, принимать и прощать ему все, просто все. И больше ничего» Людмила Иванова об Олеге Дале: «Его нужно было только понимать, принимать и прощать ему все, просто все. И больше ничего»

При жизни Людмила Ивановна рассказала мне об Олеге Дале. Делюсь с вами

Коллекция. Караван историй
Самый жестокий эксперимент в истории, который доказал всему миру, что надежда умирает последней Самый жестокий эксперимент в истории, который доказал всему миру, что надежда умирает последней

Как Курт Рихтер доказал, что надежда действительно умирает последней

ТехИнсайдер
6 болезней, на которые указывают неожиданные лишние килограммы 6 болезней, на которые указывают неожиданные лишние килограммы

Опасно не только внезапное похудение, но и резкий набор веса

Лиза
Константин Куприянов: «Музей “Калифорния”» Константин Куприянов: «Музей “Калифорния”»

Отрывок из романа «Музей “Калифорния”», вышедшего в издательстве «Городец»

СНОБ
«Зачем ты позволила ему?»: почему матери предпочитают не замечать насилие мужей над детьми «Зачем ты позволила ему?»: почему матери предпочитают не замечать насилие мужей над детьми

Почему матери не верят детям, когда те говорят им о насилии?

Psychologies
«Коллаборации выгодны всем»: шеф-повар Роман Киселев о трендах ресторанной индустрии «Коллаборации выгодны всем»: шеф-повар Роман Киселев о трендах ресторанной индустрии

Зачем шеф-поварам нужна творческая свобода и зачем объединяются специалисты

Forbes
Физики: взрыв вулкана Хунга-Тонга «почувствовали» атмосфера и ионосфера на другом конце Земли Физики: взрыв вулкана Хунга-Тонга «почувствовали» атмосфера и ионосфера на другом конце Земли

Извержение вулкана Хунга-Тонга-Хунга-Хаапай привело к колебаниям в атмосфере

ТехИнсайдер
Дмитрий Свиргунов из Cream Soda и другие звезды, жизнь которых унесла вода Дмитрий Свиргунов из Cream Soda и другие звезды, жизнь которых унесла вода

Звездные истории о том, что утонуть можно даже в собственной ванне

VOICE
В доме на Невском В доме на Невском

Интерьер этой квартиры привлекает изяществом и оригинальными решениями

Идеи Вашего Дома
Русские красавицы, покорившие сердца голливудских звезд Русские красавицы, покорившие сердца голливудских звезд

Не зря говорят, что в России самые красивые женщины!

VOICE
Не выбрасывайте добро! 7 причин сохранить луковую шелуху с пользой для дома Не выбрасывайте добро! 7 причин сохранить луковую шелуху с пользой для дома

Луковой шелухой можно не только красить яйца на Пасху!

ТехИнсайдер
Гештальт-терапевт Екатерина Артеменко: Любовь — это вечное путешествие за золотым руном Гештальт-терапевт Екатерина Артеменко: Любовь — это вечное путешествие за золотым руном

Как трансформируется любовь в современном мире?

СНОБ
Свой чужой Свой чужой

Как три американских школьника и моряк Пушкин отменили Холодную войну

Weekend
Самцы мышей повели себя спонтаннее самок Самцы мышей повели себя спонтаннее самок

Ученые не заметили связи между изменчивостью поведения и эстральным циклом

N+1
Турандот нашего времени Турандот нашего времени

Спектакль «Турандот» в постановке Андрея Прикотенко

СНОБ
Древнейшие остатки ихтиозавра найдены в Арктике. Они меняют историю динозавров Древнейшие остатки ихтиозавра найдены в Арктике. Они меняют историю динозавров

Вероятно, ихтиозавры заселили море еще до великого вымирания

ТехИнсайдер
Искусство и окрестности. 6 арт-пространств Подмосковья Искусство и окрестности. 6 арт-пространств Подмосковья

В Подмосковье есть множество арт-пространств, где проходят выставки и лекции

СНОБ
Главные китайские автоновинки разбили в краш-тестах. Их продают в России Главные китайские автоновинки разбили в краш-тестах. Их продают в России

Кто оказался самым надежным из новых китайских автомобилей?

РБК
Как в мире борются с незаконным выловом кальмара Как в мире борются с незаконным выловом кальмара

Чем незаконный вылов грозит кальмарам?

СНОБ
«Я никогда не была с женатыми мужчинами»: Лолита рассказала о съёмках сериала «Актрисы» «Я никогда не была с женатыми мужчинами»: Лолита рассказала о съёмках сериала «Актрисы»

Лолита Милявская рассказала, каково ей было работать с популярным режиссером

VOICE
Открыть в приложении