Коллекция. Караван историйРепортаж
«Любовь и голуби»: рай и ад Владимира Меньшова
Трудно представить, что картины «Любовь и голуби» могло и не быть. Фильм, который стал не просто самым любимым у россиян, но и нашим культурным кодом, довольно долго лежал на полке и чудом дошел до зрителя
Вместо вступления
Кажется, что абсолютно народный фильм «Любовь и голуби» мог снять только Владимир Меньшов с его ощущением и пониманием жизни, с его юмором. До того как он поступил в Школу-студию МХАТ, у Меньшова было четыре года удивительной взрослой жизни. Он работал матросом в Баку, токарем на заводе в Астрахани, а еще шахтером в Воркуте. Именно этот период считал настоящим началом своей творческой биографии. «Началось все с Воркуты. После вступительных экзаменов под крылышко к родителям я решил не возвращаться. Уговорил своего товарища по комнате, который тоже не был принят в институт, ехать на Север. Мы выбрали Воркуту. В пользу этого города сыграло то, что там жили родственники — две мои двоюродные сестры. Это был крошечный серый городок, окруженный по диаметру зонами и шахтами. Нас взяли учениками на шахту № 32 в тридцати километрах от города. И то, что мы туда попали, можно было считать большой удачей. Условия там были приличные, деньги мы получали громадные, северные. Даже в сравнении с зарплатой моего отца сумма казалась колоссальной. Но экономить я не мог и не хотел. Это тоже был один из опытов самостоятельной жизни. Все, что получал, я тратил на выпивку, друзей, танцы и столовки, которые вечерами превращались в рестораны. Все это было очень даже манящим. Мы гуляли допоздна, потом возвращались в общагу, заваливались на кровати и забывались коротким сном. Вставали в шесть утра и по морозу в маленьком дребезжащем автобусике ехали на работу. Спускались в шахту. И ощущали свою внутреннюю значимость... Воркутинский опыт оказался необычайно полезным. С тех пор у меня нет и толики высокомерия по отношению к людям, которые не получили высшего образования и, может быть, как-то нескладно говорят. Поварившись среди простого народа, я увидел там много чрезвычайно талантливых, интересных людей. Они по-другому остроумны, чем Comedy Club, но они так скажут, так припечатают словцом, будь здоров! Именно в Воркуте я стал записывать все любопытные шутки, интересные эпизоды, вести дневники».
Каждый год Меньшов делал попытку поступить в театральные институты. Удачной оказалась только четвертая. Когда его взяли на актерский факультет, это было потрясение, культурный шок — рабочий мальчишка увидел на расстоянии вытянутой руки легендарных мхатовских актеров! Его поражало все: как они одеваются, рассказывают анекдоты, ведут себя с молодыми. На него все это действовало невероятно, потому что он попал в мир, с которым совершенно не сталкивался в своем детстве и юности.
«Кое-что я усвоил лишь спустя много лет после окончания Школы-студии МХАТ. Например, у меня долгие годы было книжное представление, что друг другу нужно говорить только правду. Это заблуждение. Я был шокирован, когда слышал, как люди ругают режиссера или актера за глаза, а при встрече хлопают его по плечу и говорят: «Старик, как это было здорово! Ты молодец!» Это переворачивало мой мир, взрывало мой мозг. Я не мог понять, как можно так лгать?! Я был честен, как баран, и говорил: «Ты плохо играл!» И приобретал врагов. Очень быстро заработал себе скверную репутацию, люди стали меня сторониться. Только годам к 40–50 я понял, что выкладывать полную правду не нужно. Но с другой стороны, я четко осознаю, что если бы эту истину усвоил лет в двадцать, то не состоялся бы как личность. Ни один мой фильм, ни «Москва слезам не верит», ни «Любовь и голуби», не мог бы получиться без моей наивной позиции. Это я точно знаю».
Есть ли жизнь после «Оскара»?
Когда фильм «Москва слезам не верит» после жесткой критики и неприятия многих коллег вдруг получил «Оскар», Владимир Меньшов стал увереннее в себе. Он тщательно искал материал для новой картины, хотел чего-то глобального. Признавался, что замах у него был исключительно на серьезную тему. Он понимал, что не может позволить себе проходную работу, чтобы недоброжелатели не болтали, мол, «Оскар» — это случайность. Но так уж вышло, что без любви и страсти Меньшов работать не мог, а его душу и сердце ничего не цепляло.
И вот как-то на ноябрьские праздники он с женой Верой Алентовой пошел в «Современник» на спектакль «Любовь и голуби» молодого драматурга Владимира Гуркина. Режиссером был Валерий Фокин. Спектакль был дневной, ничего особенного от него Меньшов не ждал, но случилось чудо: в зрительном зале он превратился в ребенка, и плакал, и смеялся. Это было настоящее потрясение. И тогда Владимир Валентинович решил снимать фильм по пьесе. Он поехал в Омский театр драмы, где Владимир Гуркин работал артистом, чтобы уговорить его стать сценаристом фильма. Автор пьесы «Любовь и голуби» встретил оскароносного режиссера в аэропорту, очень смущался и волновался. Они прообщались дня три или четыре, обсуждали нюансы и подробности. Оказалось, что в основе пьесы лежала реальная история, которую Гуркин лично наблюдал в родном городе Черемхове Иркутской области. Там жили Василий и Надежда Кузякины с детьми Людкой, Ленькой и Олей. У них была практически идиллия, пока женщина из управляющей компании местной шахты не попыталась увести Василия из семьи. О пьесе семья знала и просила Гуркина поменять фамилию героев, но он не сделал этого. Кузякины страшно на него обиделись. Простили только спустя много лет.
Работа над сценарием шла сложно. В итоге Меньшов многие сюжетные линии придумывал сам, в ходе съемок в фильме немало фраз и выражений появилось благодаря артистам, которые импровизировали прямо на площадке.
Кто эти люди?
Почти сразу Меньшову стало ясно, что на роль Надюхи ему не найти никого лучше Нины Дорошиной, которая играла ее в «Современнике». Дорошина в театре была на две головы лучше всех, на ней держался спектакль. Владимир Валентинович считал ее гениальной, невероятной, потрясающей и буквально рожденной для этой роли. Хотя все же пробы сделал. В то время вообще невозможно было утвердить артиста без проб и какого-то хотя бы иллюзорного, но выбора. В итоге на роль Надюхи, кроме Дорошиной, пробовалась и Любовь Полищук. Но ее работа не убедила режиссера.
То, что Александр Михайлов — идеальный Вася Кузякин, Меньшов тоже понял практически сразу. Но тут был целый комплекс проблем. Михайлов оказался невероятно востребован и в театре, и в кино. Он даже времени не мог выкроить, чтобы подскочить на пробы — не то чтобы найти дни для съемок. Поэтому пришлось пробовать и других артистов — Виктора Борцова, Бориса Сморчкова и даже Сергея Юрского, который в итоге сыграл дядю Митю, соседа Кузякиных. Но вдруг Михайлов все же заявил, что с занятостью как-то решит, и роль досталась ему. Пробы тоже записывали. Когда Александр Михайлов произнес пару реплик, режиссер радостно сказал: «Вот он — Вася!»
Михайлов в то время был настоящей звездой, у него уже вышли фильмы «Мужики!..», «Карнавал», «Одиноким предоставляется общежитие». Ему давали и роли легендарных личностей — он сыграл знаменитого шахматиста, чемпиона мира Александра Алехина и маршала Рокоссовского, причем буквально перед ролью Васи Кузякина. Вообще, для роли он казался слишком статным, и всю эту красоту пришлось прятать за мешковатой одеждой, странной походкой и репликами «эх», «ух» и «ешкин кот». В начале съемок Александр Михайлов даже перестарался со странностями, и Меньшов попросил его не играть блаженного. «Такие мужики войну выиграли», — добавил Владимир Валентинович, и все как будто бы встало на свои места...