Коллекция. Караван историйРепортаж
«Иван Васильевич меняет профессию»: комедия с долгой драматической историей
Первый царь Всея Руси Иван IV отличался крутым нравом, за что и попал в историю как Иван Грозный. Чуть что — голову с плеч. Как же должен был разозлиться государь, оказавшись вдруг вместо царских палат в маленькой советской квартире, битком набитой техникой! И странно, и тревожно: изобретение с трубками и проводами, которое называют «машиной времени», лифт, в котором «замуровали демоны», чудо-магнитофон, откуда некий хриплый голос призывает «поговорить с гитарой семиструнною», — но все равно есть в этом всем лепота!
Кто же не помнит сюжет советской кинокомедии «Иван Васильевич меняет профессию»? Писатель Михаил Булгаков придумал эту фантасмагорию в 30-х годах прошлого века, а режиссер Леонид Гайдай по мотивам пьесы в начале 70-х снял фильм, который популярен у зрителя уже более пятидесяти лет.
В октябре 1964 года ушел в отставку первый секретарь ЦК КПСС, а проще говоря руководитель страны Никита Хрущев. Его место занял Леонид Брежнев. Но тормозной путь пресловутой хрущевской оттепели продолжался еще несколько лет. Благодаря этому на следующий год в сборнике «Драмы и комедии» Михаила Булгакова, произведения которого в Советском Союзе начали постепенно «разрешать», впервые вышла пьеса «Иван Васильевич».
История этого сочинения началась, когда Ленинградский мюзик-холл не побоялся заказать Булгакову сатирическую пьесу. Ведь к тому времени были запрещены к показу некоторые произведения Михаила Афанасьевича, спектакли по которым до этого непродолжительное время шли в столичных театрах («Зойкина квартира», «Бег», «Багровый остров», «Дни Турбиных» и другие). Тогда Булгаков написал письмо Сталину с просьбой разрешить ему уехать из страны или хотя бы позволить штатно работать во МХАТе. Эмигрировать ему не разрешили, но писатель устроился в главный драматический театр страны ассистентом режиссера. Кстати, тогда же он единственный раз попробовал себя в качестве актера — сыграл президента суда в спектакле «Пиквикский клуб».
Теперь понятно, откуда такое знание актерского закулисья: вспомните персонажей фильма «Иван Васильевич меняет профессию» режиссера Якина (Михаил Пуговкин) и киноактрису Зиночку Тимофееву (Наталья Селезнева). Но эти герои у Булгакова появились позже, а в той пьесе, которую он написал для мюзик-холла, ни Якина, ни Зиночки не было.
Сюжет строился вокруг инженера Евгения Николаевича Рейна, который в московской коммунальной квартире 30-х годов создает машину времени. Недавно Рейна бросила жена Софья, но он, фанат техники, казалось, этого и не заметил.
К нему заходит секретарь домоуправления Бунша-Корецкий с требованием заплатить за квартиру и зарегистрировать его машину времени. Рейн говорит Бунше, что машина безопасна, и для убедительности включает ее. Вместо стены комнаты Михельсона, соседа Рейна, появляются царские палаты с самим Иваном Грозным. Царь в испуге бросается в комнату Рейна, выбегает из нее и закрывается на чердаке. Евгений Николаевич, пытаясь догнать его, убегает из квартиры, и в это время Бунша-Корецкий звонит в милицию. Вернувшись в квартиру, Рейн видит стрельца, замахивающегося на него бердышом. Он поворачивает ключ машины, и палаты Грозного исчезают, но пропадает также и стена комнаты Михельсона, где в этот момент орудовал вор Юрий Милославский. Увидев, что стена исчезла, он проходит в комнату Рейна, и стена снова встает на место. Заинтересовавшись машиной времени, Милославский рассматривает ее и незаметно для Евгения Николаевича крадет ключ; после этого машина включилась, и вместе с ней все трое — Рейн, Бунша-Корецкий и Милославский — попадают в далекое будущее, 30 апреля 2222 года.
Герои оказываются в коммунистическом обществе, где существует особый район — «Блаженство». Им управляет народный комиссар изобретений Радаманов. Директор Института гармонии Саввич пытается присвоить изобретение Рейна и требует, чтобы путешествия во времени совершались только в сопровождении представителей «Блаженства». Когда Рейн протестует, институт решает изолировать путешественников для «лечения». Сбежать из «Блаженства» удается только после кражи со взломом и стрельбы, герои возвращаются в тридцатые, где на чердаке все это время просидел Иван Грозный. При помощи все той же машины времени его отправляют в свой XVI век...
В процессе работы над пьесой, длившейся почти год, договор с мюзик-холлом был расторгнут, но комедией заинтересовался Театр сатиры. Однако чтение «Блаженства», состоявшееся в его стенах в апреле 1934 года, не вызвало ажиотажа у руководства, автору предложили кардинально переделать сюжет. Как писала о тех днях в своем дневнике жена Булгакова Елена Сергеевна, «им грезится какая-то смешная пьеса с Иваном Грозным, с усечением будущего». Вероятно, этот ракурс — взгляд из настоящего в будущее — настораживал постановщиков. В письме, адресованном литературоведу Павлу Попову, Михаил Афанасьевич рассказывал, что обедавший с ним в ресторане директор Театра сатиры внимательно выслушал рассказ об идее и проблематике «Блаженства», а затем исчез: «Есть предположение, что он ушел в четвертое измерение».
Однако осенью 1934 года художественный руководитель Театра сатиры Николай Горчаков вновь напомнил Булгакову о желании труппы получить от него пьесу об Иване Грозном. В конце ноября 1934-го тот сделал первые наброски к «Ивану Васильевичу», а уже на следующий год прочитал пришедшим к нему домой представителям театра готовое произведение.
2 октября 1935 года супруга Булгакова записала: «Радостный вечер! Миша читал «Ивана Васильевича» с бешеным успехом — у нас в квартире... все хохотали... Хотят пьесу пускать в работу немедленно».
В новом варианте осталась коммунальная квартира, Юрий Милославский стал Жоржем, изобретатель Рейн — Николаем Тимофеевым, появились новые герои: актриса Зиночка, режиссер Якин, царица Марфа Васильевна, жена Бунши Ульяна Андреевна, а все, что с ними произошло, оказывается сном...
В Театре сатиры началась кропотливая работа, и в мае 1936 года на генеральную репетицию пригласили чиновников, чтобы сдать спектакль. Но постановку все-таки запретили, не объясняя причин.
И только в 1966 году уже разрешенную пьесу «Иван Васильевич» решились поставить в Театре-студии киноактера. Роли были распределены следующим образом: инженер Тимофеев — Кирилл Столяров (сын звезды таких культовых фильмов, как «Цирк» и «Садко», Сергея Столярова), Иван Грозный — Аркадий Толбузин (многие помнят его по роли полковника Кудасова из фильмов про неуловимых), Милославский — Михаил Глузский (тогда уже известный по роли в фильме «Живые и мертвые»), Зиночка — Татьяна Гаврилова (вспомните официантку Клаву из картины «Дайте жалобную книгу» или жену героя Андрея Миронова — Семицветова в «Берегись автомобиля»), режиссер Якин — Юрий Саранцев (известен не только как актер эпизода, например, таксиста в комедии «Тридцать три», но и как артист дубляжа и озвучания, именно его голосом говорит Арчил Гомиашвили — Остап Бендер в «12 стульях» Гайдая)...
Этот спектакль пользовался большой популярностью и долго оставался в репертуаре. Причем в создании постановки активно участвовала вдова Булгакова Елена Сергеевна, которая помогала актерам понимать скрытые смыслы и подтекст, заложенные автором. Например, Кирилл Столяров в своих мемуарах вспоминал:
«Пьеса начинается с монолога Тимофеева, играть которого поручили мне.
— Какая ваша первая реплика? — спрашивает Елена Сергеевна.
— Включаю машину времени. Гаснет свет. Я говорю: «Свет пропадает в 5-й лампе. Почему нет света?».
— Пятая лампа, — объясняет Елена Сергеевна, — это пятая часть света, СССР. А почему у нас нет света? Дальше.
— Я снимаю трубку и звоню домоуправу.
— Верно. Ваш текст.
— «Ульяна Андреевна!..»
— Стоп! Вот видите, какое имя у жены домоуправа? Вы звоните в семью Ульяновых — они наши домоуправы. Теперь понятно? — раздается голос Елены Сергеевны».
И вот на одном из спектаклей оказался режиссер Леонид Гайдай. К слову, после фильма «Кавказская пленница...» он хотел снять картину про Гражданскую войну по булгаковской пьесе «Бег». Саму идею в Госкино одобрили, но вот кандидатуру Гайдая не утвердили: мол, неизвестно, что наснимает этот комедиограф на такую серьезную тему. В итоге «Бег» отдали Александру Алову и Владимиру Наумову, их фильм вышел в 1970-м. Расстроенный Гайдай захотел экранизировать «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова — и снова столкнулся с запретом: Михаил Швейцер уже снимал своего «Золотого теленка», и чиновники хотели посмотреть, что из этой затеи выйдет. В итоге Гайдай снял «Бриллиантовую руку», чем слегка укрепил свое положение, и «12 стульев» ему снимать разрешили. А потом и к Булгакову допустили — правда, не к серьезным романам, а к комедийной пьесе про царя Ивана Грозного.
«Признаться, тот спектакль в Театре-студии киноактера Лене не очень понравился, хотя, на мой взгляд, постановка была неплохая, — вспоминала супруга Гайдая, актриса Нина Гребешкова. — Тогда я ему сказала: «Ну сделай эту пьесу так, как ты хочешь!» Он задумался...»
В конце лета 1971 года Леонид Гайдай и его соавтор Владлен Бахнов подали заявку на сценарий, в котором действие перенесли из 30-х годов в 70-е, изменив некоторые детали. Руководство киностудии сразу предупредило, что имя Михаила Булгакова не должно упоминаться в титрах. Это сделали уже годами позже. А еще была такая официальная рекомендация: