Сергей Катырин: «Промышленность будущего — это не только крупные заводы»
В 2026 году разговор о технологическом суверенитете окончательно сместился из политических деклараций в практическую плоскость: государство разворачивает нацпроект по средствам производства и автоматизации, тем самым делая ставку на станки, промышленную робототехнику, оборудование и кадры. Но промышленная независимость не возникает только из программ и субсидий — ее проверяют заводы, цепочки поставщиков, доступность финансирования и способность регионов собирать вокруг крупных предприятий полноценные производственные экосистемы. Именно об этом — о переходе от импортозамещения к новому промышленному укладу — «ФедералПресс» говорит с президентом Торгово-промышленной палаты России Сергеем Катыриным.
Сергей Николаевич, если смотреть на горизонт ближайших 5–10 лет, в каком состоянии российская промышленность подходит к новому этапу развития?
Если несколько лет назад основной задачей было оперативно заместить выпавшие поставки, перестроить логистику, найти альтернативные компоненты и сохранить производственные цепочки, то сейчас речь идет о другом уровне задачи — о создании устойчивой, технологически самостоятельной промышленной базы.
Динамика 2025 года показывает, что промышленность остается устойчивой, хотя рост стал более неоднородным по отраслям. В целом за год, по данным Росстата, промышленное производство выросло на 1,3%, обработка — на 3,6%.
При этом картина неоднородная. Есть отрасли, которые демонстрируют очень сильную динамику: производство прочих транспортных средств и оборудования, включая авиационную технику и судостроение, по итогам 2025 года (по Росстату) выросло на 32%, производство готовых металлических изделий — на 18%, производство лекарственных средств и материалов медицинского назначения — на 15,4%, выпуск компьютеров, электронных и оптических изделий — на 11,7%. Это как раз те направления, которые связаны с технологическим суверенитетом, обновлением производственной базы, оборонно-промышленным, транспортным, медицинским и цифровым контуром.
Но одновременно есть и проблемные зоны. В 2025 году снизилось производство автотранспортных средств, прицепов и полуприцепов — на 23,1%, сократился выпуск машин и оборудования, не включенных в другие группировки, стройматериалов, мебели, резиновых и пластмассовых изделий. В добывающем секторе по итогам года снижение составило 1,6%. Это означает, что промышленная политика на ближайшие годы должна быть не усредненной, а очень точной: одним отраслям нужна поддержка инвестиций и спроса, другим — технологическое обновление, третьим — помощь в выходе на новые рынки и перестройке логистики.
Что сегодня является главным вызовом и где вы видите основные точки роста?
Главные вызовы на горизонте 5–10 лет я бы разделил на несколько блоков.
Первый — технологический. Ограничения на поставки оборудования, компонентов, промышленной электроники, специализированного программного обеспечения сохраняются. Поэтому необходимо развивать собственные компетенции в микроэлектронике, станкостроении, малотоннажной химии, новых материалах, фармацевтике, промышленном ПО.