За кремниевым занавесом
Почему ставка на техсуверенитет — новая норма для ведущих экономик мира
В вышедшей еще в 2022 году книге «Конец мира — это только начало» политический алармист Питер Зейхан написал, что последние 70 лет были «золотым веком» избытка денег и дешевой логистики, который мы «ошибочно приняли за норму». Однако этому миру, в котором Apple проектирует в Калифорнии, собирает в Чжэнчжоу, а компоненты производит на фабриках по всему свету, сегодня, похоже, приходит конец. Мы плавно входим в эпоху, когда доступ к полупроводникам будет определяться не рыночной ценой, а физической близостью к центрам силы и надежностью региональных союзов.
Курс на суверенизацию
В апреле 2026 года Еврокомиссия (ЕК) впервые заключила «суверенный» облачный контракт на €180 млн с четырьмя подрядчиками: люксембургской Post Telecom, немецкой StackIT, французской Scaleway и бельгийской Proximus. Американских гиперскейлеров (крупнейших провайдеров облачных услуг с глобальными сетями центров обработки данных) в шорт-листе не оказалось. За пять месяцев до этого президент Франции Эмманюэль Макрон и федеральное правительство Германии провели Саммит по европейскому цифровому суверенитету.
В это же время китайская SMIC объявила о массовом выпуске семинанометровых чипов без использования литографических установок голландской ASML, на которых раньше печатались все передовые процессоры в мире. На другом конце света — в Аризоне — с конвейера сошли первые серийные процессоры Intel 18A, которые ранее возможно было произвести только на тайваньской TSMC. Все это — звенья одной цепи.
Гендиректор АНО «Координационная лаборатория», доцент кафедры американских исследований СПбГУ Анна Сытник считает, что нынешний процесс точнее описывать не как деглобализацию, а как фрагментацию технологической глобализации. Государства, подчеркивает она, не отказываются полностью от международной кооперации, но начинают жестче делить технологии на обычные и критические. К последним, по ее словам, относят искусственный интеллект, чипы, облака, данные, кибербезопасность, квантовые технологии, системы связи и платформы.
Причин у такого тренда несколько. Объективная часть связана с развитием цифровой инфраструктуры, которая за последние десять лет окончательно вошла в категорию критической наравне с ОПК и энергетикой. Субъективная — с геополитикой. Пандемия коронавируса и торговые войны конца прошлого десятилетия показали, насколько хрупкими стали глобальные цепочки поставок. По данным Международного валютного фонда, число новых торговых барьеров, ежегодно вводимых в мире, с 2019 года выросло почти втрое — c 1 тыс. до 3 тыс. в год. Уход иностранных вендоров с российского рынка в 2022 году стал хрестоматийным примером для всех остальных.
«Логика поменялась с “чем шире рынок, тем дешевле” на “чем короче цепочка, тем безопаснее”. И эта развилка теперь действует не только для государств, но и для крупного бизнеса», — говорит технологический обозреватель Сергей Вильянов. Иллюзия о существовании «красных линий» в отношениях с глобальными вендорами, отмечает он, исчезла еще во время первого срока президента США Дональда Трампа, когда Huawei «практически моментально отлучили и от Android, и от производственных мощностей TSMC». Во время его второго срока, продолжает Сергей Вильянов, стало очевидно, что долгосрочные партнерства больше не работают.
Ничего личного, только госбезопасность
Очевидно, что в мире нет универсальной модели техсуверенитета. Например, Евросоюз строит свой цифровой суверенитет вокруг данных и регулирования. Главный страх Брюсселя, Парижа и Берлина связан с экстерриториальным действием американского законодательства — прежде всего принятого в 2018 году закона CLOUD Act, который предусматривает возможность для властей США запрашивать данные европейских граждан у американских облачных провайдеров.
Ответом стали национальные сертификации: французская SecNumCloud с требованиями к структуре собственности оператора облачных сервисов и немецкая C5. Параллельно в ЕС развиваются собственные провайдеры, например французская Scaleway, немецкая StackIT и другие. Американские гиперскейлеры все еще доминируют на европейском рынке — их доля составляет около 70%. Но с 2024 года европейцы предпринимают заметные усилия для исправления ситуации: правительственные тендеры все чаще пишутся так, что попасть в них могут только европейские игроки. В ноябре 2025 года всеми 27 членами ЕС была принята Берлинская декларация о цифровом суверенитете Европы, а в 2026‑м ожидается принятие Cloud and AI Development Act с концепцией «эффективного европейского контроля» над поставщиками облачных услуг.