Почитать. Топ - 10
1Вагнеризм. Искусство и политика в тени музыки
Алекс Росс
СПб.: Подписные издания, 2026. — 784 с.
«Тридцативосьмилетний Фридрих Ницше в Рапалло дописывал первую часть “Так говорил Заратустра”. В произведении он провозглашал смерть всех богов и приход сверхчеловека. Позднее Ницше отметил, что завершил работу в “тот священный час, когда Рихард Вагнер умер в Венеции”. Увидев газеты, он несколько дней, оцепенев, пролежал в кровати». Алекс Росс, авторитетный американский музыкальный критик, автор масштабного труда «Дальше — шум. Слушая ХХ век», посвящённого развитию (или, напротив, деструкции) композиторского искусства в прошлом столетии, выпустил книгу не менее замечательную. Посвящена она, как нетрудно догадаться, Рихарду Вагнеру. Но важно здесь то, что Росс не просто исследует творчество Вагнера и отнюдь не однозначную личность композитора. Он пишет о том, как Вагнер и восприятие его произведений повлияли на весь двадцатый век: от поэтов-символистов до режиссёров Голливуда, от мистиков до политиков. Вагнер и Ницше, Вагнер и Бодлер, Вагнер и Третий рейх, Вагнер, революция и Россия — вот темы лишь некоторых глав.
2Венгерский бестиарий: Самые загадочные фантастические животные и существа Европы
Золтан Мадяр
М.: КоЛибри, 2026. — 304 с.
«Большая часть материалов венгерской мифологии — представления об устройстве мира, его богах и героях — была утрачена и восстановлена только в последние сто лет силами исследователей в возможных границах, поэтому венгерская мифология помимо легенд, народных верований и сказаний включает и более поздние источники: фольклор, реконструированные средневековые хроники о происхождении и обретении венгерским народом своей территории, и все источники отвечают на вопрос об этногенезе народа по-разному». Книга Золтана Мадяра, построенная по образцу средневекового бестиария, выходит далеко за рамки пусть даже стилизованного медиевистского словника. Кроме мифических животных, речь идёт также о мифологических существах и людях с магическими способностями, не меньшее место занимает и собственно историко-антропологический комментарий.