Защита из леса — II
Как сократить сроки окупаемости и увеличить доходность проектов по агролесомелиорации
Инвестиции в создание лесополос начинаются от 110 тыс. руб./га. При этом проекты по агролесомелиорации не могут быть маленькими — рентабельными они становятся при условии, что площадь лесонасаждений будет не менее 500 га. Для большинства компаний это неподъемные расходы. Однако такие проекты могут стать из убыточных прибыльными, если они будут иметь климатическую направленность. С таким подходом сельхозпроизводитель может достичь тройной выгоды: получить субсидию на создание лесополос от государства, повысить урожайность полей и реализовать углеродные единицы от поглощения СО2 деревьями в лесополосах. Сочетание этих трех факторов делает проекты доходными. Это вторая статья об агролесомелиорации. Первую часть читайте в апрельском номере «Агроинвестора».
Оценить срок окупаемости инвестиций в защитные лесополосы достаточно сложно, поскольку они не приносят прямого дохода, а работают опосредованно — через улучшение качества почвы, накопление влаги, снижение эрозии и иные факторы, влияющие на урожайность. Однако, чтобы эти эффекты стали «осязаемыми» и начали реально сказываться на объемах и качестве продукции, необходим комплексный подход, подчеркивает старший специалист по правовым услугам BEFL Анна Шпилевая. «Создание лесополос на небольшом, изолированном участке, скорее всего, не даст того результата, который позволил бы окупить вложения, — полагает она. — Действительно эффективной агролесомелиорация становится, лишь когда она осуществляется в рамках системных, научно обоснованных программ, охватывающих значительные территории и учитывающих ландшафтные, почвенные и климатические особенности». Только в таком масштабе защитные насаждения начинают работать как единый механизм, способный вернуть вложенные средства через прирост урожайности и сохранение плодородия земель, уверены в BEFL.
Доходность проектов по агролесомелиорации можно увеличить за счет продажи углеродных единиц — как на российском рынке, так и, что более перспективно, на зарубежных, считают в НИУ «Высшая школа экономики». Одна углеродная единица эквивалентна тонне углекислого газа. Их делят на два типа. Первый представляет собой углеродные единицы, подтверждающие, что компания сократила выбросы парниковых газов в результате реализации климатических проектов, их называют углеродными кредитами или офсетами. Второй тип — это углеродные единицы, которые закрепляют за участником рынка право на выброс парниковых газов в рамках квоты, их называют разрешениями на выбросы.
Как заработать на агролесомелиорации
Спрос на углеродные единицы есть у компаний, которые взяли на себя обязательства по снижению выбросов парниковых газов, знает руководитель экспертной группы Центра цифровых технологий для природно-климатических проектов НИУ ВШЭ Андрей Птичников. Такие предприятия есть и в России, но еще больше их за границей. А некоторые сектора, например авиация, и вовсе в обязательном порядке должны компенсировать выбросы парниковых газов за международный полет, в том числе покупая углеродные единицы или списывая их в рамках реализации проектов по декарбонизации.
По информации специалистов ВШЭ, на декабрь 2025 года на рынке было около 80 млн кредитов углеродных единиц от проектов по лесоразведению. В реестрах 46 стран зарегистрировано в общей сложности около 200 проектов по лесоразведению и созданию защитных лесонасаждений. При этом стоимость самих углеродных единиц постоянно растет: на конец прошлого года она в среднем составляла $25/ шт., а к 2030-му, по оценке Bloomberg, будет доходить до $60.
Однако продавать углеродные единицы можно только при соблюдении определенных требований к проекту, обращает внимание Птичников. В России создан реестр углеродных единиц — информационная система, в которой регистрируются климатические проекты и ведется учет углеродных единиц и единиц выполнения квоты, а также операций с углеродными единицами и единицами выполнения квоты, предусмотренных законодательством. Специалисты ВШЭ занимаются аккредитацией российского реестра углеродных единиц в международных программах, в числе которых The Carbon Offsetting and Reduction Scheme for International Aviation (CORSIA). Данная система сокращения выбросов углекислого газа была утверждена в 2016 году Международной организацией гражданской авиации (ICAO). CORSIA вводится в три этапа: экспериментальный, который затрагивал 2021–2023 годы, первый (необязательный для всех членов ICAO) — с 2024 по 2026 год. А с 2027-го начнется второй этап внедрения системы, который распространится на бо́льшую часть стран — членов ICAO, включая Россию, кроме малых островных развивающихся государств и развивающихся стран, не имеющих выхода к морю. Для российской авиационной отрасли это означает, что с 2027 года начнется обязательный учет выбросов CO2. Их базовый уровень, от которого ведется расчет эмиссии страны-участника в конкретном году, с 2027-го определен как 85 % от уровня выбросов 2019 года.
Согласно расчетам экспертов ВШЭ, чтобы прийти к нижней границе в 4 % защитных лесонасаждений от площади пашни, топ-20 российских агрохолдингов должны в общей сложности высадить 418 тыс. га лесополос. Если к ним прибавить площади, которые нуждаются в реконструкции за счет дополнительных насаждений, то потенциал увеличения лесополос у крупных землевладельцев составит около 550 тыс. га, что позволяет получить примерно 10 млн углеродных единиц (у. е.) через 10 лет после начала реализации проектов, при условии, что все они будут запущены одновременно. Потребность же российских авиакомпаний в углеродных кредитах в рамках требований Парижского соглашения по климату и CORSIA в 2030 году в ВШЭ оценивают примерно в 5–6 млн у. е. При этом реализация природно-климатических проектов занимает 4–5 лет, и если к 2030 году инвесторы уже хотят получить углеродные единицы, то начинать заниматься данным вопросом стоит уже сейчас, подчеркивает Птичников.
Рынок углеродных единиц в России переживает этап становления, отмечает Анна Шпилевая. В Реестре углеродных единиц пока отсутствуют климатические проекты, связанные с агролесомелиорацией, знает она. Существующие инициативы по поглощению выбросов в Оренбургской, Нижегородской, Волгоградской областях, Татарстане касаются либо лесовосстановления на землях лесничеств, либо защитных насаждений от промпредприятий, уточняет эксперт.
Перспективы продажи углеродных единиц, в том числе от агролесомелиоративных проектов, напрямую зависят от появления гарантированного спроса, полагает Шпилевая. В BEFL видят два основных источника, которые могли бы сформировать устойчивый стимул для покупки углеродных единиц. Первый связан с международными обязательствами России. Речь идет как раз о схеме CORSIA. «Участие в этой системе обяжет отечественных авиаперевозчиков компенсировать выбросы от международных рейсов, что создаст спрос на углеродные единицы. Расходы авиакомпаний на эти цели могут стать источником финансирования для климатических проектов», — говорит эксперт. Второй стимул — внутреннее регулирование. Эксперименты по достижению углеродной нейтральности в стране уже начали проводить. Так, 1 сентября 2022 года такой проект стартовал в Сахалинской области. Основной его целью было достижение углеродной нейтральности в регионе к концу 2025-го, но уже в апреле прошлого года областные власти заявили о досрочном достижении углеродной нейтральности. Таким образом, Сахалин стал первым регионом России, где поглощение парниковых газов, по официальным данным, превысило их выбросы. «Успешная реализация сахалинского эксперимента по квотированию выбросов создает предпосылки для масштабирования этого механизма на другие регионы России, — считает Шпилевая. — Если практика обязательного выполнения квот будет распространена на промышленные предприятия по всей стране, это сформирует нормативную обязанность покупать углеродные единицы и, соответственно, масштабный платежеспособный спрос».